seprator

Глава 12. Кем бы вы ни были, будьте всегда человечными!

seprator
Глава 12. Кем бы вы ни были, будьте всегда человечными!

Принято считать, что в Атлантиде живут высоконравственные существа, имеющие удивительную историю, уходящую корнями в глубочайшую древность. Возможно, кто-то в большом мире даже подумает, что, имея столь большую книгу летописи своего государства, мы все, как минимум, должны были давно достичь просветления. Как не обидно, но это не так. Можно подумать вы, жители большого мира, за все тысячелетия своей истории хоть как-то приблизились к просветлению? А ведь вам-то проще – вы, хотя бы, все принадлежите к расе людей! А нам приходится еще и уклоняться от межрасовых конфликтов и предубеждений. Можете ли вы себе представить, как тяжело самой обаятельной тролихе пробиться в среде топ-моделей? Или как нелегко вампиру, пытающемуся доказать свою способность к врачеванию? Атлантида живет расовыми предубеждениями и предрассудками, и нам от них никуда не деться.

Несмотря на это, в Атлантиде, и правда, есть просветленные (в хорошем смысле) личности. Я сейчас говорю о наших верховных лидерах – Большом Совете Атлантиды. В этом органе управления собраны самые мудрые представители всех проживающих в Атлантиде рас. Считается, что это выборный орган. Я помню случаи, когда, действительно, посредством выборов, те или иные представители включались в Большой Совет. Вот только не помню, чтобы хоть кто-нибудь его покидал. Члены Совета, не спорю, мудрейшие из существ, приближены к самим Атлантам и занимаются вопросами управления государством. Но им совсем не до таких наших мирских забот, как, например, разрешение межрасовых противоречий.

У обычных же жителей Атлантиды есть один большой недостаток: мы все - страшные эгоисты. Каждая раса считает себя выше и лучше другой. И мы все считаем себя выше людей большого мира (Без обид!). Впрочем, даже внутри рас нет спокойствия. Каждый житель Атлантиды просто замкнулся на своих достоинствах. Каждый знает, чем и в чем он превосходит других. К тому же, мы все ограничиваем себя делами – своей работой, хобби или встречами с немногими близкими друзьями, и очень негодуем, когда в наши планы врывается что-то извне. Согласитесь, ужасно бесит, когда ты распланировал себе день по часам, а тут кто-то со своей дурацкой проблемулечкой хочет занять твои личные полдня. Ужасно просто!

Понятие взаимопомощи тоже не слишком у нас распространено. Наш менталитет гласит: если тебе нужна помощь, значит, ты - слабый, и тебе нет места в Атлантиде. Слабые должны погибнуть, чтобы сильные могли процветать! Ну, это если утрировать, конечно.

Но что же я все о грустном... У нас уже наступила зима. А в нашем полисе она особенно чувствительна. Сильные морозы сменяются обильными снегопадами и частой пургой. Снега выпадает такое великое множество, что на дорогах возникают заторы, препятствующие хоть сколько-нибудь своевременному попаданию в назначенные места. Но для нас это норма, а вот приезжие гости часто удивляются.

А еще сегодня выходной! Никакой работы целый день! Никуда не надо спешить! Можно, вообще, из дома не высовываться.  Но мы с мужем, Эррантом, так не можем. Мы решили отправиться в гости к его родственникам.

Последние несколько лет мы живем на съемной квартире в многоэтажном доме в центральной части полиса. Дом неплохой, да и к району особых претензий нет. Но я, как человек взращённый в деревенской среде, никак не могу привыкнуть к этим многоквартирным скворечникам.  Слишком тесно мне тут, что ли?  Но сейчас не об этом…

На улице сегодня оказалось морозно. Минус тридцать, не меньше! Светило чудесное яркое солнце. Я люблю такую погоду. Она дает какую-то особую бодрость и прилив сил. И небо всегда в эти дни такое насыщено-голубое!

Оказавшись на улице я на минуту задержалась, пытаясь насытить себя чистейшим воздухом морозного утра. Рядом с домом с распахнутыми дверями стояла грузовая машина. Рядом с ней крутились, выгружая и перетаскивая громоздкую мебель и тяжелые коробки, наши новые соседи. На детской площадке рядом с домом резвились несколько малышей, не напуганных холодом. Их задорный смех напомнил о том, зачем мы вышли из дома. Но не успели мы сделать и шаг, как к нам торопливо подошел мужчина. Это был гном. Не такой гном, который с аккуратной белой бородочкой и в миленькой красной шапочке. Такие бывают, разве что, в детских гномьих учебниках. Этот гном имел крайне неопрятный вид. Темные, давно нестриженные волосы были всклокочены. Длинная густая каштановая борода – спутана. Одежда его, очевидно носившаяся уже не одно десятилетие, была грязна и потрепана. От него пахло недавно выпитым дешевым алкоголем. Лично мне этот гном был неприятен. От таких существ веет внутренней слабостью, и их не любят в Атлантиде. Мы уже хотели отмахнуться от него и спешно пройти мимо, но что-то в его взгляде остановило нас.

- У вас есть переговорник? – спросил он и, не дожидаясь ответа, добавил: – Вызовите врачей! Пожалуйста!

На последнее слово он сделал особенное ударение. Я машинально потянулась к мочке уха, где у большинства современных жителей Атлантиды размещаются личные переговорные устройства, именуемые в большом мире телефонами. Эррант же спросил у гнома:

- А что случилось?

Ничего не говоря, гном показал рукой в сторону детской площадки. Там я увидела лежавшего на снегу молодого человека и суетящуюся рядом женщина лет сорока-пятидесяти. Эта женщина была очень худой и столь же потрепанной, как и разговаривающий с нами гном. Я вызвала службу помощи и подошла ближе к пострадавшему. Эррант пошел вслед за мной. Очевидно было, что ни этот мужчина-гном, ни та женщина-человек понятия не имеют, что делать с лежавшим на снегу парнем.

Эррант осторожно потянул меня за руку, когда я присела рядом с пострадавшим.

- Ты же помнишь, что нам пора, - сказал он.

- Давай дождемся врачей, - шепотом ответила я, а затем повернулась к гному и уже громко спросила: - Вы с ним знакомы? Что произошло?

- Да. Знакомы, - ответил тот. – Он с работы ехал. Мы его встречали. А он шел-шел и вдруг упал.

Просто «вдруг» люди, конечно, не падают. Я присмотрелась к парню повнимательней. Крепко сложенный. Симпатичный. Одежда его была неопрятной, сравнительно теплой, но, очевидно, очень дешевой. Да и руки его – без рукавиц – тоже были грубы и нечисты, словно у человека, постоянно выполняющего тяжелую и грязную работу.

- Сколько ему лет? – я не заметила, что произнесла это вслух.

- Двадцать три, - тут же ответила женщина. Это были первые ее слова с момента нашей встречи.

Я сделала вид, что задала этот вопрос специально. Ладно, Арабель, давай вспоминай, чему там тебя учили на курсах сестры милосердия. Парень был без сознания. Я сняла варежки и убрала их в карманы куртки, попутно нащупав там пропуск в офис. Ой, я что его в кармане вчера оставила? Надо же! Только бы не потерять.

Подавив свою врождённую брезгливость, я нащупала пульс на темно-серой от скопившейся грязи руке парня. Дыхание тоже было. Хвала Всевышним! Не надо проводить реанимацию!

- Нужно сделать так, чтобы его ноги оказались чуть выше уровня головы. Чуть-чуть приподнять их, то есть, - обратилась я к мужчине-гному, так как полагала, что он более организован, чем его спутница.

Я не ошиблась, он действительно оказался намного шустрее своей дамы и тут же выполнил то, что я сказала. Кровь парня, покинув бездвижные конечности, прибыла к мозгу, и буквально через минуту он пришел в себя. Молодой человек не понимал, что происходит, но когда осознал это, то смутился от присутствия незнакомых, попытался высвободиться и встать. Как только же он поднялся на ноги, кровь его снова ушла к ногам, и он опять потерял сознание и упал. Эррант и гном едва успели его поймать и аккуратно положить.

Мужчина-гном вновь немного приподнял ноги пострадавшего.  Парень через пару минут снова пришел в себя и попытался встать.

- Ему определенно нельзя вставать, - сказала я, препятствуя очередным попыткам парня подняться.

- Но на снегу он замерзнет, - тревожно запротестовала женщина.

Такой протест дался ей очень сложно. Слабые мира Атлантиды не часто находят в себе силы просто высказать свое мнение не то, что, уж, протестовать. Похоже, эта женщина очень любила молодого человека. Я решила, что она - его мать. Ну, а кто еще за считанные секунды без малейшей запинки назовет твой возраст, как не женщина, что долгие месяцы носила тебя под сердцем. Ее искренность тронула меня.

- Вы далеко живете? Может, мы поможем вам доставить его домой?

Гном и его спутница заметно растерялись. Было очевидно, что они не очень хотели бы показывать нам условия своей жизни.

- Далековато отсюда, - смущенно пробормотал гном.

- Хорошо. Давайте, переместим его в наш подъезд, - предложил Эррант.

Этому противиться никто не стал. Эррант, гном и его спутница подхватили едва шевелящего ногами парня и потащили в сторону нашего дома. Я шла впереди, по пути вытаскивая из карманов ключи и варежки. Ибо было, ну, очень холодно.

Парня положили прямо на первом этаже в небольшом закутке, препятствующем прямому поступлению холода.

- Может, вынести что-то теплое? – шепотом спросила я у мужа.

Его взгляд приказал мне не перебарщивать с порывами взаимопомощи. Спутница гнома, стесняясь и побаиваясь нас, решила не заходить внутрь и осталась ждать врачей во дворе. Гном курсировал от женщины до парня и обратно, попутно помогая кому-то из наших соседей перетаскивать непонятные тяжелые ящики. Не знаю, оказал ли он им этим хоть какую-то помощь, но суеты он создал порядком.

Парень, на несколько минут отключившийся, снова пришел в себя, и я присела на корточки рядом с ним. Эррант остался стоять рядом, ожидая, когда мы, все-таки, сможем отправиться по своим делам.

- Прошу вас, не вставайте, - сказала я, удерживая молодого человека в лежачем положении. - Вам опять станет плохо.

Он меня, конечно, не слушался и, несмотря ни на что, пытался подняться.

- Лежу здесь, как бездомный, - бурчал он себе под нос. - Нехорошо так. Надо вставать.

- Никто не считает вас бездомным, - снова попыталась я его уговорить. - Вы потеряли сознание. Такое с каждым может случиться. Сейчас приедут врачи. Давайте, дождемся их здесь.

Он все-таки сел, прислонившись к стене. Его все время клонило на бок, но он никак не хотел ложиться. Временами молодой человек отключался, и мы, как неваляшку, укладывали его. Я постоянно проверяла его пульс. Когда он в очередной раз пришел в себя и решил сесть, я, не отпуская его руки, попросила:

- Говорите со мной. Хорошо?

- Постараюсь.

Если честно, я не знала, о чем с ним говорить. Решила просто задавать вопросы о случившемся. Пускай вопросы были глупыми и очевидными, но цель их была заставить его говорить.

- Вы ехали с работы, да?

- Да, - кивнул он.

- Вы, наверное, работаете физическим трудом?

- Да.

- У вас есть склонность к таким обморокам?

- Нет, не было. Первый раз так.

- Вы, наверное, слишком долго работали сегодня?

- Четверо суток без отдыха. Даже умыться не было возможности, - он сказал это с нескрываемым неудовольствием и обидой.

Мы с Эррантом переглянулись. Четверо суток физического труда практически без отдыха, не мудрено, что парень не дошел до дома.

- Нельзя же так себя загонять.

- А кто ж еще за меня работать будет? – в словах его звучала горечь, затаенная обида и безысходность.

Мы с мужем снова переглянулись. Было очевидно, что женщина, которую я все еще считала его матерью, со своим сожителем – вряд ли он был отцом – относятся к классу любителей праздно пожить. Сын ее, видимо, осознавая всю беспросветность своего существования, работает сутками, чтобы содержать себя и их. Сильное переутомление дало свои результаты – обморок. Парню нужен отдых, но медицинская помощь тоже, конечно, не помешает.

Я хотела задать ему еще пару вопросов, но как раз в этот момент прибыли врачи. Вошел медбрат – высокий и заметно подкаченный (это видно было даже через зимнюю одежду) крылатый человек. У вас их называют «ангелами». А у нас это всего лишь крылатые люди, которые просто не заменимы на работах, связанных с быстрой доставкой чего-нибудь. В нашем случае - медицинской помощи. Из-за своей горы мускулов «ангел» едва протиснулся в дверь нашего подъезда. Мне очень не понравился взгляд, которым он окинул пострадавшего. Этот медбрат, как и большинство граждан Атлантиды, судил о других по внешнему виду и принял парня за бездомного.

Я уже хотела дать медику объективные пояснения по сложившейся ситуации, но Эррант потянул меня к выходу:

- Пошли. Нам пора. Они сами теперь разберутся.

Что ж, наверное, он прав. Пора учиться не принимать слишком близко к сердцу чужие проблемы. Мы покинули пострадавшего молодого человека и его спутников и отправились, как и планировали в гости.

А знаете, что самое обидное в этой ситуации? Нет, не то, что мы опоздали к родственникам почти на час. И не то, что прибывший медик был, как мне показалось, не очень внимателен к пострадавшему. И даже не то, что за нашу помощь ни гном, ни женщина не удосужились сказать нам «спасибо».

Обидно то, что в тот момент, когда осуществлялась транспортировка парня в тепло, когда я, не участвуя в ней собственноручно, решила надеть варежки и вытащила их из карманов куртки, вот в этот момент из кармана выпал пропуск в офис. Тогда, конечно, я этого не заметила. А пропажу обнаружила, только спустя день.

Вот вроде бы я делала доброе дело, за что же наказывать, а, Всевышние?

Арабель Моро
Арабель Моро
Автор идеи, главный писатель блога
Это любопытная эпопея юмора в повседневных ситуациях
blog_shape
comma_first
Будь всегда начеку!
shape
LOST-ATLANTIS.RU © Копирование без ссылки на ресурс запрещено!
Автор: Арабель Моро | Иллюстратор: Анастасия Пстыга | Разработчик: Эррант
▲ Наверх