Глава 23. Ох уж этот Велешок!

Все началось с Ореста. Впрочем, с кого же еще все это могло начаться? Наш друг и главный создатель всей чертовщины моей жизни, Орест, решил отметить свой очередной юбилей в нестандартном месте, а именно посреди густого леса, где-то далеко в горах. Была ли я удивлена этому решению? Нет. Сколько помню, этого чертенка всегда немыслимо тянуло в какую-нибудь природную глушь. А вернее, его тянуло к сбору многочисленных шумных компаний в этой самой глуши.

В этот раз в угоду Оресту нам пришлось отправиться на самую окраину Трокшаба, туда, где граница его почти сливалось с внешним миром, в маленькое поселение, которое носило имя Велешок. Селение это находилось так далеко, что для того, чтобы приехать туда хотя бы вечером, нам пришлось выехать из дома рано утром. Сам Орест со своей дамой сердца Элис и еще некоторыми друзьями уехали туда на день раньше, а на нас с Эррантом возложили ответственную миссию - мы должны были не только доставить самих себя на место празднования, но и прихватить вместе с собой еще двоих гостей для празднества Ореста – Эдду и Синеда.

Ехать до места сбора было долго и поэтому мы, набравши продуктов и запасясь терпением, отправились в путь прямо с рассветом. Эррант правил нашей машиной, я сидела рядом с ним, а Эдда и Синед расположились на заднем сидении. Поначалу, соскучившись друг по другу из-за продолжительной, но не слишком тяжелой разлуки, мы оживленно болтали, но вскоре темы иссякли, и наши попутчики задремали. Признаюсь, меня тоже стало сильно клонить в сон, но в угоду своей мании преследования я боюсь спать в движущемся транспортном средстве. Посему я развлекала себя мыслями о красотах, к коим мы неумолимо приближались. К тому же, природа вокруг ежеминутно и очень многообещающе менялась. Количество снега заметно увеличивалось, и он становился ощутимо белее и пушистей, ну, по крайней мере, чем та грязно-серая смесь пыли, песка и снега, которую мы оставили в городской части полиса. Все чаще дорога пролегала через гористую местность, покрытую густым, занесённым снегом лесом.

Мы проехали больше, чем три четверти пути и стали подниматься вверх, намереваясь обогнуть гору, когда случилось непредвиденное. Дорога с одной стороны шла вдоль горы, а с другой - ограничивалась почти, но все же не совсем, отвесным склоном. Помнится, я оторвала взгляд от окна, чтобы достать из рюкзака очередную вкусняшку, когда машина вместо того, чтобы продолжать двигаться монотонно вперед, начала вдруг вилять. Я подумала, что это ничего, и сейчас Эррант сможет выровнять ход, но через секунду поняла, что сильно ошиблась.  Машина не то, чтобы не послушалась Эрранта и не выровняла ход, она стала крутиться вокруг себя, угрожая с каждым новым движением перевернуться. Несколько раз она приподнималась и почти заваливалась на один бок. Несколько раз оказывалась так близко к обрыву, что вероятность кубарем скатиться вниз казалась очень значительной. В такие моменты я почти смирялась с мыслью скорой неминуемой кончины.

Внутри машины тоже происходили процессы. Эдда и Синед пробудились ото сна и, в тщетной попытке удержаться на местах, судорожно вцепились во впередистоящие сиденья. Все, что было в машине – варежки, шапки, еда, - все летало. Меня мотало из стороны в сторону, словно на самых жутких аттракционах, и только лишь один Эррант, с видом глубочайшей внутренней концентрации, безуспешно пытался заставить машину повиноваться.

Пока мы не в силах обрести точку равновесия метались на узкой горной дороге между скалистой стеной и незагороженным заснеженным склоном, вниз с горы к нам стала приближаться машина. У нас в Атлантиде их называют руфы, это огромные беспилотные машины, приспособленные для транспортировки на дальние расстояния особо тяжелых грузов. Руфа двигалась с горы огромной скоростью, видя нас, но не успевая остановиться. Мы тоже видели ее, но управление машиной нам было не подвластно. Доля секунды, показавшаяся нам вечностью, отделила нас от столкновения, но от потоков воздуха, создаваемых огромной руфой, наша машина завертелась еще быстрее, потом вдруг резко остановившись, встала на четыре колеса, свесила заднюю половину над обрывом, а затем быстро скатилась вниз и врезалась в результате в забор одного их домов, которые тихо и мирно располагались прямо под горой. В том доме, чей забор принял нас в свои не слишком нежные объятия, никого не было, но зато обитаемым оказался соседний дом. Пока мы, осматривая себя и друг друга, выкарабкивались из застрявшей в снегу и заборе машины, из соседнего дома неторопливо вышел грифон. Он лениво бороздил снег своими массивными львиными лапами, а огромные орлиные крылья оставляли две глубокие полосы на рыхлом снегу. Подобравшись поближе к нам, он лениво облокотился на свой забор и ковыряясь длинным острым когтем в клюве поинтересовался:

- Ну что? Все живы?

- Вроде бы да, - сказал Синед.

Они с Эррантом в это время с деловитым видом осматривали все то, что осталось от нашей машины. Вернее, не так, Синед имел крайне деловитый вид, а Эррант больше встревоженный и озабоченный, но если усреднить, то получалось, что оба они все же имели деловитый вид. Мы с Эддой держались поодаль, пытаясь связаться с Орестом, чтобы предупредить его о постигшем нас несчастье.

- Помощь вам нужна? – все так же лениво поинтересовался грифон, скептически оглядывая нашу компанию.

- Смотря какая, - так же деловито ответил Синед.

- Ну я, например, могу поднять вас обратно на дорогу, - грифон многозначительно расправил свои огромные крылья, - я очень аккуратно подниму вашу машину, но конечно же не бесплатно. Согласны?

- Что там с Орестом? – спросил у меня Эррант.

- Он едет сюда, - ответила я, поежившись от холода и тревоги.

- Ну вы подумайте-подумайте, - лениво кивнул грифон. - А я пойду закончу обедать. Зовите потом, если что.

Орест приехал спустя час, но не один. Он привел с собой всех, кто гостил с ним в Велешке. Это были Элис, Мелани-Мелл, Арфен и Лана. Они изумлением и испугом смотрели на нас с высоты горной дороги. Орест, невзирая ни на какие сугробы, первым ринулся к нам по резко уходящему вниз склону. Окинув нас с Эддой быстрым оценивающим взором, он бросил:

- Топайте наверх.

Мы послушались, хотя взбираться на гору по сугробу было очень уж неприятно. Вниз с горы на встречу нам уже топал Арфен. Я в очередной раз подивилась как этот темный эльф может ходить по сугробам в легких туфлях и совсем не мерзнуть. Орест же приблизился к Эрранту и Синеду, и выслушав их более адекватный, чем наш отчет, кивнул. Дождавшись Арфена, перерассказав и обсудив все события, еще раз мужчины сошлись на мнении, что помощь грифона все-таки понадобится. Он знал это и посему не замедлил появиться на первый же зов. Раньше я думала, что наша машина большая (ну, раз в нее помещаются люди), но в лапах огромного грифона она показалась мне игрушечной. Он словно детскую машинку поднял ее в воздух и двумя взмахами огромных крыльев поднял к тому месту, откуда она упала.

По удивительной случайности машина хоть и пострадала, но все же не так существенно, как могла бы. Она осталась на ходу.

- Так, домой я вас сейчас не пущу, - заключил Орест. – До Велешка недолго совсем.

Недолго в понятии Ореста было около часа при условии маленькой пересадки, возле охотничьей избушки на опушке леса. Чуть дальше дорога должна была пересекать реку вброд, чего на нашей пострадавшей в пути машине мы сделать никак не могли. По этой причине всем, кто намеревался добраться до ночи в Велешок, пришлось пересесть в машину Ореста. Нас было девятеро, и я не могу сказать, чтобы оставшийся путь мне показался особенно комфортабельным. Мало того, что мне пришлось на всех бесчисленных ухабах биться головой о крышу, а локтем о дверцу машины, а после с леденящим ужасом ощущать, как вода незамерзающей горной реки щекочет о ее брюхо, и сквозь темные уже окна проявляются силуэты деревьев, обозначающих окружающий дорогу непроходимый лес, так еще и пришлось постоянно слушать ворчание сидевшего подо мной Эрранта, о том, что его пушинка оказалась какой-то подозрительно уж тяжелой.

Велешок встретил нас холодом, темнотой и двумя лесными бормоглотиками, которые обрадованно побежали навстречу, едва мы выкарабкались из машины. В темноте зимнего вечера я не могла особенно разглядеть, что же собой представлял этот Велешок. Мне показался он всего лишь поляной посреди леса. В центре ее размешалась большая деревянная избушка, которая не внушающая особого доверия затряслась едва Орест двинулся в ее сторону. Не успели мы, загрузившись своими рюкзаками, подойти близко к избушке, как она вдруг оторвалась от земли и забегала вокруг поляны на дрожащих от холода куриных ногах.

- Ну не чудо ли? – со смехом указал на нее Орест.

Мы не нашли в поведении испуганной избушки ничего чудесного, но черту и не нужно было нашего одобрения. Бросив свои сумки прямо на снег, он, смеясь, улюлюкая и присвистывая, побежал вслед за домиком, намереваясь, очевидно, еще больше его напугать. Лесные бормоглотики бросились вслед за Орестом, добавляя к производимой им какофонии звуков еще и свой звонкий лай. На шум со стороны видневшейся у дальнего края поляны еще одной маленькой избушки, в нашу сторону направился человек. Он был среднего роста, обладал заросшей спутанной копной черных волос и давно не мытой, нестриженной мочалкоподобной бородой. Даже в теплой зимней одежде он казался очень худым, но поступь его была тверда и выдавала в нем большие жизненные силы. Приблизившись к нам, незнакомец представился:

- Тавалас. Местный леший, если кто не знает.

Представившись, он повернулся в сторону все продолжающей безумно носиться по поляне избушки и, положив два пальца в рот, оглушительно свистнул. Избушка замерла так резко, что бежавшие за ней бормоглотики и Орест едва не врезались в ее покрытые плотной кожей куриные ноги.

- А ну-ка, родимая, не шали, - сказал Талавас, подойдя к бегунье и легонько похлопав ее по ноге. – Свои приехали. Пускай уже гостей, а то совсем околеют на морозе.

Избушка как будто нехотя повиновалась лешему. Она вновь подогнула куриные ноги и опустилась ближе к поверхности так, чтобы мы смогли подняться по узкому крыльцу. Внутри избушки вовсю топилась печь, и было тепло, но все же не настолько, чтобы у кого-то из нас возникло желание снять что-то из теплых вещей. Внутренность избушки представляла собой одну большую комнату, в передней половине которой размещался огромный, созданный словно для великанов, деревянный стол, окруженный такими же громадными скамейками. Вдоль дальней стены за печью тянулись полати, столь же странные и громоздкие, как и все здесь.  Единственной действительно порадовавшей меня деталью было то, что стол, который предусмотрительно накрыли сероватой скатертью, оказался заполнен самой разнообразной едой и напитками. 

- Когда вы все успели приготовить-то? – изумилась я, прикидывая в голове, сколько на эту гору еды могло быть потрачено времени и сил.

- Ой, да это ж самобранка, - ответил Орест, махнув рукой на серую скатерть. – Что скажешь, то и приготовит.

К этому времени все наши вещи уже были внесены и раскиданы по полатям, и Орест рассадил своих гостей за столом. Полилось вино, смешиваясь с поздравлениями и теплыми словами в адрес именинника. После небольшой трапезы Орест разделил своих гостей по группам и пошел вместе с мужской половиной париться в бане и купаться в ледяной реке.

Когда все запланированные Орестом на сегодня увеселения закончились, мы легли спать все вместе на полатях, надеясь, что так будет, если не удобнее, то хотя бы теплее. Я спала плохо. Нервное напряжение произошедших событий временно отошло на второй план, но непривычный холод и само изменение места сказывалось на мне не особенно хорошо. А еще кто-то из спящих на полатях мужчин очень звучно храпел. Я долго ворочалась, то погружаясь в сон, то снова пробуждаясь. В очередной раз я пробудилась от того, что входная дверь избушки отворилась, и впустила внутрь двух огромных, покрытых длинной белой шерстью существ. За их спинами в темноте комнаты, я различила что-то похожее на ружья. Сначала я подумала от том, что это мне, вероятно, сниться, но вскоре осознала, что чужаки пришли не из сна. Вошедшие существа, о чем-то перешёптываясь, подошли поближе к печке, намереваясь погреться возле ее угасающего тепла. Не могу не заметить, что моя мания преследования в этот момент прокляла всех, кто много раз за вечер входил и выходил на улицу, а потом перед сном таки забыл закрыть дверь на защелку. Я толкнула в бок спящего рядом со мною Эрранта, который недовольно сонно заворчал, приподнял голову, но не обратив внимания на незнакомцев, перевернулся на другой бок и засопел.

Один из белых гигантов заметил это движение, отодвинулся от огня, пристально вгляделся в полати, и затем, различив, наконец, мои открытые глаза, словно извиняясь, сказал:

- Мы тут мимо проезжали, и решили зайти погреться. Уж больно морозно сегодня.

- А вы…, - я не успела закончить фразу.

- Йети, - кивнул мохнатой головой второй ночной гость. – Мы охотимся в этих лесах.

- Да вы спите-спите, - махнул рукой его спутник. – Мы сейчас немного согреемся да к лешему пойдем ночевать. Завтра с утра уйдем.

На этом разговор закончился. Я повернулась к Эрранту, но он уже давно спал. Некоторое время я лежала, прислушиваясь к гулкому дыханию йети, но вскоре они, как и обещали ушли, и я наконец-то заснула.

Проснулась как и всегда раньше всех. Солнце, правда, уже давно светило, но никого из моих друзей этот факт не беспокоил. Я тихо оделась и вышла на улицу. Утром Велешок показался мне волшебным местом, окутанным таинственной тишиной зимнего леса. Здесь было очень ярко из-за особой горной близости солнца и слепящей чистоты белого снега. А еще здесь было очень холодно, намного холоднее, чем во всем остальном Трокшабе.

Когда я вышла на улицу, меня встретили вечно голодные лесные бормоглотики, леший Тавалас и два ночных гостя. Йети еще не уехали, вместо этого они развели костер и совместно с лешим варили на нем охотничью похлебку из мяса пойманного ночью лося, частично разделанная туша которого была повешена ими на стену избушки так, чтобы лесные бормоглотики не имели возможности ее достать.  

- Долго спите, - заметил один из йети, когда увидел меня.

Стараясь не смотреть на тушу лося, я подошла к ним и вдохнула запах костра.

- Сходите по лесу погуляйте, - сказал йети. - Красота тут такая! Не передать!

- А еще дикие звери, - заметила я, наблюдая за тем, как леший бросает в котел только что почищенный им картофель. -  Я слышала в это время здесь много волков.

- А что волки? – удивился второй йети. - Они ж трусливые. Они сами тебя боятся.

Я посмотрела на него, посмотрела на себя, потом снова на него и подумала, что йети волки может быть и боятся, а вот я даже при всем своем желании не смогу никого напугать.

Заметив мой взгляд, йети засмеялись.

- А вообще здесь хорошо, - сказал один из них. - Ты по весне приезжай, тут на плотине раков знаешь сколько. Вот такущие, - йети показал руками размер больше подобающий собаке, чем раку. – Ты умеешь, наверное, раков ловить?

Я помотала головой, давая понять собеседникам, что являюсь не самым лучшим ловцом раков.

- Да что тут уметь! – воскликнул второй йети. - Слушай сюда, научу. Берешь мясо потухлее. Берешь чулки свои. Всяко ж есть. Мясо в чулки суёшь, к палке привязываешь, да в реку. Через полчаса у тебя ведро раков.

- Ну они клешнями в чулках путаются и освободиться не могут, - заметив мой скептический взгляд, пояснил другой йети.

- Или на зайцев можно поохотиться. Это хоть сейчас. Умеешь зайцев на кирпич ловить?

У меня возникло опасение, что йети просто смеются над моей неосведомленностью в охотничьем ремесле, но я не стала их перебивать.

- Смотри, берешь кирпич. Посыпаешь его обильно перцем. Кирпич какой? Красный. Заяц издалека видит его, думает: «морковь». Ну не прям «морковь», но на своем заячьем: «морковь». Бежит к кирпичу. Нюхает его, а там перец. Заяц вдыхает перец, чихает и ударяется головой об кирпич. Все! У тебя есть заяц.

- Но, главное, запомни, что надо сделать, если увидишь медведя.

- Что? – настороженно поинтересовалась я.

- Медведь пугливый. Если хорошо напугать, у него разрыв сердца может случиться.

- Но если не хорошо напугаешь, то…, - хотел пояснить второй йети, но напарник перебил его, махнув волосатой белой рукой в мою сторону.

- Ну ладно тебе, перед нами ж дама.

- Это да, - согласился второй йети и не стал продолжать, а переключился на потихоньку выползающих на улицу моих товарищей. – На охоту сегодня идем?

- Да нам ехать уже вечером в город, - ответил ему Орест, который в отличие от всех остальных был с утра бодр и полон сил. – А вот если бы вы нам мастер-класс по стрельбе утроили, то мы б не отказались.

- А что? – переглянулись йети. - Это можно!

Когда все наконец проснулись и даже сытно позавтракали похлебкой из лосятины, йети пригласили нас на импровизированное стрельбище. Один из них объяснял нам, как пользоваться ружьем, а другой стоял в стороне и кидал в небо пожертвованные для этой цели лешим тарелочки. Стрелки из нас получились не самые талантливые, но все же это было весело.

После обеда на улице потеплело, но пошел мелкий неприятный снег. Мы едва успели совершить небольшую прогулку по лесу, когда все вокруг превратилось в сплошную белую пелену. Выехать в обратный путь засветло тоже не получилось, так как мужская составляющая категорически настаивала на повторении вчерашнего банно-речного аттракциона.

Обратный путь показался мне сходным с днем конца света. Дороги были засыпаны снегом, дул сильный порывистый ветер, то и дело вызывающий снежные вихри и грозящий снести движущиеся машины с горного тракта. Вдоль всего пути на встречу нам попадались громадные руфы, которые из-за скопившегося снега не могли подняться в гору и буксовали или останавливались на месте, освещая дорогу тоскливым отчаянием своих фар. Из-за аварии, произошедшей днем ранее, наша машина не способна была хорошо ехать в этих условиях. Мы двигались очень медленно и прибыли домой только поздно ночью, с ужасом осознавая, что уже через два часа нам снова необходимо выдвигаться в путь, чтобы вовремя прибыть в замок, где жизнь должна была потечь своим обычным будничным чередом.

Арабель Моро
Арабель Моро
Автор идеи, главный писатель блога
Это любопытная эпопея юмора в повседневных ситуациях
blog_shape
comma_first
И червяк имеет врагов!
shape
LOST-ATLANTIS.RU © Копирование без ссылки на ресурс запрещено!
Автор: Арабель Моро | Иллюстратор: Анастасия Пстыга | Разработчик: Эррант
▲ Наверх