Арканум - Часть 1. Дыхание вечности | 16 страница

Глава 18.

- И долго это еще продлится?

На утро Генри вновь начал старый разговор. Ночь восстановила потерянные во вчерашней битве силы, и даже Вера проснулась вполне бодрой и в хорошем расположении духа. Никто не задавал ей никаких вопросов, но и она тоже ни о чем не спрашивала. Девушка прекрасно помнила все, что вчера произошло, и, конечно, вопросов у нее было много, но обсуждать их она хотела только наедине с Лео, а пока такой возможности ей не представилось.

- Это уже даже не смешно! Мне надоело сидеть в этой дыре с сумасшедшим профессором и его зомби, - продолжал тем временем возмущаться Генри.

Он стоял спиной к двери и не слышал, как она открылась, впустив Тодда с подносом в руках. Было уже время завтрака, и он, как всегда, с абсолютно непроницаемым лицом принес еду.

Тодд, как обычно, сделал несколько шагов к центру комнаты и приготовился поставить поднос на пол, как вдруг с улицы раздался душераздирающий крик. Это был даже не крик, а вопль ужаса и отчаяния. Тодд резко остановился и, выронив поднос, замер.  Не обращая внимания на разлетевшиеся по всей комнате фрукты и куски приготовленной для завтрака еды, Лео с Генри выбежали на улицу, и остальные, не дожидаясь приглашения, поспешили за ними.

То, что происходило в этот момент в деревне, трудно описать словами. Это была ужасающая картина. Картина, достойная кисти великого гения искусства. Картина, которую, раз увидев, трудно забыть.

Все портораны стояли на улице, словно статуи с изуродованными страхом лицами. От изваяний их отличало только то, что статуи молчат. Но сейчас весь воздух деревни порторанов заполнял истошный крик. Люди кричали, наблюдая, как их жилища сгорают один за другим, словно спичечные домики.

Деревня была окутана пламенем и плотным едким дымом. Непонятно, откуда взялся огонь, и что загорелось в начале, но факт оставался фактом: восточная часть деревни горела, а портораны просто смотрели на это, не шевелясь, словно отключенные от системы питания роботы, и только кричали, обращаясь к какому-то незримому божеству в своем космическом пространстве. Никто не пытался тушить огонь, хотя сгорели уже две улицы, и пламя подбиралось к следующим постройкам, грозя вскоре уничтожить всю деревню.

Лео резко обернулся к Вере и посмотрел в глаза. Он ничего не сказал, но девушка уже знала, чего он хочет. Она слегка толкнула, стоящую рядом Ирину, и, уводя ее за собой, побежала к толпе орущих порторанов, а молодые люди кинулись за водой, прихватив глиняные сосуды, валявшиеся между домами неподалеку.

Задыхаясь от дыма и пепла, висящего в воздухе, Вера подбежала к ближайшему порторанину. Это был мужчина средних лет, очень похожий на Тодда, но только с чуть более грубыми чертами лица. Впрочем, все портораны друзьям казались похожими друг на друга, поэтому судить о родстве было рано, да и не своевременно.

 Мужчина, как и все его односельчане, стоял, не двигаясь, и кричал. Вера попыталась привести его в чувства, кричала, дергала за руку, но безрезультатно. Ирина делала тоже самое с другим крестьянином, но также не добилась результатов. Девушки бегали от одного порторанина к другому, но никто их не замечал, что очень пугало девушек, но еще больше раздражало их. Огонь все приближался, а толку от того, что трое парней носили воду, было не больше, чем от одной спички под проливным дождем. Надо было больше людей, больше рук, а девушки уже выбились из сил, расталкивая порторанов, и заметно разозлились. Потеряв наконец терпение, Ирина со всей силы влепила пощечину очередному порторанину, стоявшему пред ней. На миг звук удара перекрыл крики, но на войне все средства хороши, особенно, если они действенны. Мужчина вздрогнул, и, перестав кричать, оглянулся, а затем, ничего не спрашивая, схватил протянутое ему Ириной ведро и кинулся за водой. Девушки многозначительно переглянулись и стали действовать с еще большим энтузиазмом. Теперь звуки пощечин слышались постоянно, и уже через несколько минут большая часть населения деревни работала на пожаре.

Вера потерла горящую от пощечин руку и огляделась. Постройки горели очень быстро. Там, где только что прошелся огонь, от деревянных домов оставались только кучки серого дымящегося пепла, но люди справлялись. Теперь их было достаточно для тушения. Кто-то носил воду, кто-то засыпал огонь землей и песком, а кто-то просто тушил одеялами. Больше никто не стоял на месте. Вера заскочила в их хижину и вытащила одеяла. Кинув одно подруге, она поспешила к вновь загоревшемуся дому. Девушки тоже включились в борьбу с огнем. Всеобщее настроение постоянного действия быстро захватило их. Никто не разговаривал, но все чувствовали себя единым целым. В этот момент Вера подумала о том, где может сейчас быть Одиус. В течение всего времени тушения пожара его не было видно. На мгновение ей стало жаль ученого, оттого что он не может ощутить это чувство целостности, почувствовать себя маленькой частью чего-то очень большого. Не может познать это тепло, идущее не от горящих домов, а из сердец, забившихся с новой силой. Она вдруг поняла всю тяжесть одиночества, всю горесть холодного плена молчания.

Пожар потихоньку под натиском людских сил сдавался. Оставалось всего несколько домов, охваченных пламенем, когда случилось непредвиденное обстоятельство. Одна из порторанок забежала за чем-то в хижину, которая тут же загорелась. Раздался крик, но женщина не выходила. Лео, бросив на землю свой сосуд, кинулся за ней в полыхающий дом. На несколько мгновений люди замерли и со всевозрастающим напряжением смотрели только на эту хижину, а точнее, на ее дверь, которая начала рушиться сразу же после того, как Лео туда вошел. Вера рванулась за другом, но чьи-то крепкие руки обхватили ее, не пустив дальше. Обернувшись, она увидела напряженное лицо Генри, который всматривался в горящий дом, но там ничего, кроме пламени, невозможно было увидеть. У девушки сжалось сердце: вдруг она осознала, насколько за эти несколько дней Лео стал ей дорог. Он стал ей больше чем друг, стал братом, о котором она всегда мечтала. И теперь он находился в горящем доме. Осознание этого было не выносимо для Веры. Она с радостью оказалась бы там рядом с ним, но руки Генри не давали ей сделать и шага. Казалось, это мгновение длилось несколько часов. Но то было лишь мгновение. Стена горящего здания обрушилась, и оттуда вышел Лео, неся на руках пострадавшую женщину, на голове которой виднелась кровь. Увидев его, Вера рванулась к другу и даже Генри теперь не смог ей помешать.

Лео положил женщину на землю подальше от пожара.

- Присмотри за ней, - только и сказал он подбежавшей подруге, а сам бросился снова помогать порторанам, которые уже вернулись к тушению пожара. 

Вера присела рядом с женщиной, которая едва заметно дышала, но была без сознания. У нее был рассечён висок. Видимо, в горящей хижине что-то тяжелое упало прямо на ее голову. Оказавшись на свежем воздухе, порторанка постепенно пришла в себя и, закашлявшись, взглянула на сидящую рядом девушку. Женщина едва слышно прошептала «спасибо» и заплакала. И Вера, сидя рядом с ней, тоже заплакала. Она плакала не только от того, что чуть не потеряла дорогого себе человека, но и от того, что это было первое полностью осознанное слово, которое она услышала от местных жителей.

Глава 19.

- Ну вот, она уже совсем близко, - пробормотал Шрабенон.

Полудемон наблюдал сквозь иллюминатор своего звездолета приближавшуюся голубую планету. Она не произвела на него совершенно никакого впечатления. По его мнению, это была обычная маленькая неразвитая планета, где обитают такие же мелкие и примитивные создания, как она сама. Впрочем, даже будь эта планета и уникальной, она вряд ли бы смогла покорить душу Шрабенона, ведь для этого как минимум нужна душа, а полудемоны таковой не имели. Именно благодаря этому у них не было чувства страха, не было никаких сомнений, но и чувства прекрасного у них, к сожалению, тоже не было.

- Что за планета! – продолжал говорить сам с собой Шрабенон. – Ни тебе космопортов, ни межгалактического транспорта. Хорошо только одно – здесь нет и патруля.

Шрабенон откинулся на спинку кресла, задумавшись о месте приземления. Полудемон знал, что его цель находится на этой планете, но не знал, в каком именно ее уголке она прячется. К неудовольствию Шрабенона, планета оказалась густонаселена, и разыскивать на ней одного человека было все равно, что искать пылинку в куче космического мусора. «Пустая трата времени» – решил полудемон. Он попытался телепатически почувствовать местоположение своей жертвы, но не смог. Что-то, а вернее, кто-то все еще продолжал скрывать от него девушку. Шрабенон недовольно поморщился. Мысль о том, что придется прочёсывать всю планету, никак его не прельщала. Он абсолютно не любил длительных и монотонных занятий. Он и так слишком долго добирался до сюда, а теперь еще и необходимо будет потратить несколько недель на поиски девчонки. Теперь Шрабенон уже не особенно радовался появлению в его задании третьего лица, помогающего скрываться его жертве.

С негодованием рассматривая все еще приближавшуюся планету, полудемон неожиданно вспомнил о странном ящике, который перед самым отлетом принес ему другой полудемон. Ящик этот был передан Цессаром, но тогда Шрабенон решил до поры до времени его не открывать. Забираясь в звездолет, он небрежно бросил посылку своего властителя на место второго пилота и забыл о ней до этого момента. Теперь же, столкнувшись с неразрешимой проблемой высадки, полудемон вспомнил о ящике, и любопытство взыграло в нем. Шрабенон решил немедленно вскрыть посылку. Он взял ящик, который оказался мал, но весьма увесист, и поставил его себе на колени. Еще не открывая его, полудемон попытался прикинуть, что же там могло быть, но благодаря своему создателю, уничтожившему лучшие проявления человеческой души, Шрабенон не имел большой фантазии. Именно поэтому он не стал долго размышлять и открыл ящик. Первое, что увидел полудемон, было запиской, написанной рукой Цессара – его неровный угловатый почерк мог узнать любой, кто хоть раз его видел. Под запиской находились две вещи. Одна из них была знакома Шрабенону – прозрачный кристалл размером с мяч, заключавший в себе некую темную жидкость. На кристалле был датчик отсчета времени и кнопка, запускающая его. Второй же предмет не был знаком полудемону. На вид это был шприц с инъекцией, назначение которой оставалось для него загадкой.

Теряясь в догадках относительно второго предмета, полудемон решил все-таки ознакомиться с запиской Цессара:

«В этой коробке ты найдешь предметы, которые помогут тебе выполнить задание. У меня было видение. Поимка девушки может оказаться невыполнимой задачей. Возможно вмешательство со стороны. Ты видишь перед собой шприц. В нем находится то, что откроет в тебе новые возможности. Введи его содержимое себе в кровь перед посадкой на планету. Это даст тебе способность видеть души людей. Самая яркая белая точка, которую ты сможешь увидеть на планете, твоя цель. Но даже эта способность не сможет гарантировать тебе успешное завершение задания. Если поимка девушки окажется невозможной, ты должен уничтожить планету до того, как она успеет ее покинуть. Полагаю, в этом вопросе тебе мои советы не нужны.»

Лицо Шрабенона расплылось в довольной улыбке. О да! В вопросе уничтожения планет ему не было равных. Полудемон с нескрываемым наслаждением посмотрел на прозрачный шар с темной жидкостью, лежавший в коробке на его коленях. Как же часто ему приходилось держать в руках этот предмет! Может Цессар и старый занудный маразматик, но кое в чем ему все-таки не было равных. Властитель Вселенной обладал способностью предвидеть будущее, и поэтому был невероятно предусмотрителен. И если бы не эти его качества, разве смог бы он, придя из ниоткуда, захватить почти всю вселенную? Его определенно было за что уважать.

Шрабенон вновь посмотрел сквозь иллюминатор на приближавшуюся планету, где он уже мог различить зеленоватые континенты и голубые океаны. Немного поразмыслив над тем, не стоит ли ему сразу уничтожить ее и отправиться обратно, полудемон взял в руки переданный Цессаром шприц, который содержал в себе несколько миллилитров желтоватой перламутровой жидкости. Она не внушала доверия полудемону, но мысль о получении новых способностей уже завладела его сознанием. Уметь видеть души людей! Что может быть для него более желаемым сейчас? Он подвернул рукав своей черной рубашки. Его руки были грубы и жилисты, и вены на них прорисовывались очень отчетливо. Шрабенон воткнул иглу шприца в одну из них и медленно ввел его содержимое, чувствуя, как обжигающе горячая жидкость мгновенно разливается по его организму. Когда она дошла до мозга, у полудемона на секунду закружилась голова и потемнело в глазах. Когда же все прошло, он выпрямился, убрал шприц обратно в коробку и вновь посмотрел на планету, которую, возможно, скоро ему предстояло уничтожить. Вид ее переменился. Теперь она вся сияла, усеянная маленькими яркими точками.

Глава 20.

Весь этот день портораны, земляне и гости с Суириса работали на восстановление деревни. Девушки оказывали помощь пострадавшим, а мужчины помогали строить новые жилища. Все трудились тесным, сплоченным коллективом, а Одиус так и не появился. Его дом не был затронут пожаром, но тем не менее все понимали, что он не мог не знать о случившемся. Портораны теперь выглядели обычными людьми. Они много говорили и благодарили своих гостей за помощь. Отсутствие Одиуса и разговорчивость местных жителей давали надежду на то, что тот адский аппарат, который контролировал их разум, находился в одной из сгоревших хижин. Тем не менее, друзья намеревались это проверить. К тому же, уцелеть мог и другой аппарат, способный к телепортации людей. Друзья рассчитывали обыскать всю деревню чуть позже, отключить и уничтожить все, вызывающее подозрения, а затем отправиться по домам.

Причину возгорания установили довольно быстро. Выяснилось, что вчера во время неразберихи с сумасшедшими порторанами одной из них удалось сбежать. Той самой, что когда-то схватила Веру через окошко хижины. Ее звали Дафи. Оказалось, что она когда-то давно была фавориткой Одиуса, а после того, как он от нее отказался, женщина окончательно свихнулась. Впрочем, не исключено, что сначала она свихнулась, и поэтому он от нее отказался. Сумасшедшая женщина каким-то образом узнала, что Одиус нашел ей замену в лице Веры. Она хотела отомстить и поэтому устроила поджог деревни. Ее поймали довольно быстро и посадили под замок в отдельном домике.

Кроме гениальных аппаратов Одиуса друзья надеялись найти где-нибудь в этой богом забытой деревушке космический корабль. Трудно было поверить, что у такого грандиозного ума, как Одиус, нет в закромах одного-двух космических кораблей. Друзья то и дело спрашивали у порторанов про корабль, про другие поселения, про космопорты, но те не могли ответить ничего сколько-нибудь определенного. В жизни местные аборигены оказались весьма интеллектуально ограничены, если перефразировать Одиуса. Они были не образованы и мало понимали в том, что с ними произошло. Портораны думали, что их деревню прокляли, а когда друзья пытались объяснить им, что это не так, и что это Одиус пленил их разум, используя свое высокотехнологичное оборудование, портораны только качали головой и разводили руками. Им казалось это все немыслимой глупостью.

Солнце, как всегда на этой планете, быстро спускалось к горизонту, но почти все работы по восстановлению деревни были уже закончены. Оставалось только внести небольшие штрихи.

- Тодд, подай, пожалуйста, молоток, - отмахиваясь от назойливой мухи, обратился Лео к стоящему рядом порторанину.

- Вам лучше проследовать в ваш домик, - сказал тот отстраненным голосом.

- Что?

Лео удивленно повернулся к Тодду. Еще мгновение назад мужчина оживленно объяснял ему технологию строительства деревянных домов, а теперь снова принял отрешенный вид. Лицо порторанина вновь потеряло какое-либо выражение. Он грубо стянул Лео с крыши домика и швырнул на землю. Не успел молодой человек опомниться, как его схватило несколько сильных рук, и спустя минуту он уже находился в хорошо знакомой деревянной хижине, окруженный испуганными, ничего не понимающими друзьями. Дверь с шумом захлопнулась, а затем раздался еще один звук – звук закрывающегося замка. Впервые за все время, что они пробыли здесь, дверь оказалась заперта.

- Не пойму, что произошло! – сказала Ирина, потирая ушибленную при водворении в хижину руку.

- Они как с ума опять сошли, - заметила Вера.

- Вроде бы все хорошо было, - подтвердил Макс.

- Что-то здесь нечисто, - Лео прикусил ноготь большого пальца.

- Может, вернулся Одиус? – спросила Ирина.

- Очень возможно, - согласился Лео, вытягиваясь вдоль стены и собираясь лечь спать. - Но это мы узнаем только завтра.

- Удивляюсь, я твоему спокойствию, - раздраженно сказала Ирина.

- До утра нам точно нечего бояться, а завтра… возможно, завтра нам понадобиться много сил. Поэтому советую очень хорошо отдохнуть.

Глава 21.

Одиус действительно объявился на следующий день. К большому удивлению друзей, следивших за ним из окна своей хижины, он держался так, словно вчера ничего особенного не произошло. Высокомерно и холодно он принялся раздавать приказания, едва выйдя из своего дома. Пленников в этот день так и не выпустили из хижины, а дверь ее осталась запертой весь день.

 Одиус не разрешил выпускать их, ссылаясь на множество дел по преобразованию поселения. Любопытным являлось то, что в восстановлении, а тем более в преобразовании, Одиус никакого участия не принимал и особых распоряжений на этот счет не давал. Да, впрочем, и делать-то было уже почти нечего.

Но там, в глубине своих деревянных палат Одиус все же пытался кое-что преобразовать. Он никак не мог понять, почему его система, столь продуманная и просчитанная, дала сбой. Одиус был человеком умным. Он умел просчитать труднейшие зависимости, мог создать неповторимые своей сложностью аппараты. Он никогда не ошибался в своих изобретениях. Да, он мог ошибиться в людской психологии, но все аппараты и системы, созданные им, работали безотказно. Всегда. Но не вчера! Вчера произошла некая ошибка, и Одиус хотел разобраться в ее причинах.

Произошедший сбой заключался в том, что во время пожара он на несколько часов потерял контроль над порторанами. Его аппарат не пострадал, так как хижина, в которой он находился, была за пределом зоны поражения пожара. Но почему же тогда портораны не слушались его? Да, конечно, они потушили пожар и практически восстановили всю деревню. Но они сделали это сами. Без его управления!

- Кто знает, в какой момент управление снова может отключиться? – разговаривал сам с собой Одиус. – Возможно, что дело совсем не в управляющем аппарате. Может быть, виноваты микросхемы? Может, они разлагаются с течением времени? Впрочем, это невероятно.

Одиус уже несколько раз покручивал в голове все произошедшие события, но никак не мог найти ответ. Возникновение пожара он заметил не сразу, но как только это случилось, все портораны, даже те, которые находились далеко от места возгорания, забыли о назначенных им работах. Они просто замерли, а потом и совсем потеряли управляемость. Одиус не мог найти этому объяснение. Ученый тревожно усмехнулся и подумал о том, что, возможно, все-таки стоит навестить одного старого друга. Он не любил там появляться, но иногда этого требовали обстоятельства.

Арабель Моро
Арабель Моро
Это художественное произведение писателя Арабель Моро
blog_shape
comma_first
Будь всегда начеку!
shape
LOST-ATLANTIS.RU © Копирование без ссылки на ресурс запрещено!
Автор: Арабель Моро | Иллюстратор: Анастасия Пстыга | Разработчик: Эррант
▲ Наверх